На высоте страха (2025) (, Нидерланды) смотреть онлайн
Эбби Бреннан никогда не думала, что её жизнь сведётся к одному-единственному выбору: либо сестра умрёт, либо она сама отправится в место, откуда мало кто возвращается живым. Урановая шахта в самой глуши, куда не добираются даже спутниковые карты толком, казалась ей последней возможностью собрать нужную сумму на лечение. Она инженер-геолог, привыкла работать руками и головой, поэтому подписала контракт почти без раздумий.
Всё пошло не так уже на третий день. Экспедиция наткнулась на странный метеорит — тёмный, тяжёлый, с поверхностью, которая будто дышала под фонарём. Никто не успел толком его изучить. В тот же вечер вертолёт, который должен был забрать образцы и людей, рухнул прямо в ущелье. Причины никто не объяснил — просто связь оборвалась, и всё. Из всей группы осталась только Эбби. Одна посреди бесконечного леса, скал и снега, который начинал идти всё гуще.
Сначала она пыталась идти к точке эвакуации, которую помнила по карте. Но через сутки поняла, что ходит кругами. Ноги проваливались в сугробы, дыхание вырывалось белым паром, а пальцы уже не чувствовали холода — просто онемели. Тогда в рации раздался голос. Мужской, спокойный, без лишней паники. Он назвался Джоном. Сказал, что следит за ней по спутнику, видит тепловой след и знает, куда ей нужно двигаться. Эбби не стала спрашивать, кто он и почему помогает. Ей было уже всё равно. Главное — голос в наушнике не молчал.
Каждый вечер, когда силы заканчивались, она садилась у камня или поваленного дерева, включала рацию и слушала. Джон говорил коротко и по делу: сверни налево через двести метров, обойди трещину справа, не поднимайся на тот склон — там обвал. Иногда он добавлял что-то человеческое. Спрашивал, не замёрзли ли пальцы на ногах, напоминал дышать глубже. Эбби отвечала односложно, берегла силы. Но каждый раз, когда голос возвращался после долгой тишины, внутри что-то отпускало. Она уже не чувствовала себя совсем одинокой.
Прошла неделя. Потом вторая. Снег засыпал следы, еда заканчивалась, а рация начинала потрескивать всё сильнее. Джон стал говорить медленнее, будто подбирал слова. Однажды ночью он признался, что не может больше точно направлять её. Спутник теряет сигнал, батарея на исходе, скоро связь пропадёт совсем. Эбби молчала в трубку долго. Потом спросила только одно:
— Ты вообще реальный человек?
Он ответил не сразу.
— А тебе важно, чтобы я был реальным?
Она не знала, что ответить. Важно было только то, что голос пока ещё звучит.
Теперь она идёт дальше. Уже не к точке эвакуации, а просто вперёд. Потому что стоять на месте — значит сдаться. В рюкзаке почти ничего не осталось, но рация лежит на груди, ближе к телу, чтобы не замёрзла. Иногда Эбби сама начинает говорить в пустоту — рассказывает про сестру, про то, как они в детстве строили шалаш на заднем дворе, про запах кофе по утрам. Она не знает, слышит ли Джон. Но говорит. Потому что тишина страшнее холода.
Где-то впереди маячит тёмная стена леса. Может, там конец пути. Может, начало другого. Эбби не загадывает. Она просто делает следующий шаг. И ждёт, когда рация снова треснет и знакомый голос скажет:
— Эбби, ты идёшь правильно. Продолжай.
Всё пошло не так уже на третий день. Экспедиция наткнулась на странный метеорит — тёмный, тяжёлый, с поверхностью, которая будто дышала под фонарём. Никто не успел толком его изучить. В тот же вечер вертолёт, который должен был забрать образцы и людей, рухнул прямо в ущелье. Причины никто не объяснил — просто связь оборвалась, и всё. Из всей группы осталась только Эбби. Одна посреди бесконечного леса, скал и снега, который начинал идти всё гуще.
Сначала она пыталась идти к точке эвакуации, которую помнила по карте. Но через сутки поняла, что ходит кругами. Ноги проваливались в сугробы, дыхание вырывалось белым паром, а пальцы уже не чувствовали холода — просто онемели. Тогда в рации раздался голос. Мужской, спокойный, без лишней паники. Он назвался Джоном. Сказал, что следит за ней по спутнику, видит тепловой след и знает, куда ей нужно двигаться. Эбби не стала спрашивать, кто он и почему помогает. Ей было уже всё равно. Главное — голос в наушнике не молчал.
Каждый вечер, когда силы заканчивались, она садилась у камня или поваленного дерева, включала рацию и слушала. Джон говорил коротко и по делу: сверни налево через двести метров, обойди трещину справа, не поднимайся на тот склон — там обвал. Иногда он добавлял что-то человеческое. Спрашивал, не замёрзли ли пальцы на ногах, напоминал дышать глубже. Эбби отвечала односложно, берегла силы. Но каждый раз, когда голос возвращался после долгой тишины, внутри что-то отпускало. Она уже не чувствовала себя совсем одинокой.
Прошла неделя. Потом вторая. Снег засыпал следы, еда заканчивалась, а рация начинала потрескивать всё сильнее. Джон стал говорить медленнее, будто подбирал слова. Однажды ночью он признался, что не может больше точно направлять её. Спутник теряет сигнал, батарея на исходе, скоро связь пропадёт совсем. Эбби молчала в трубку долго. Потом спросила только одно:
— Ты вообще реальный человек?
Он ответил не сразу.
— А тебе важно, чтобы я был реальным?
Она не знала, что ответить. Важно было только то, что голос пока ещё звучит.
Теперь она идёт дальше. Уже не к точке эвакуации, а просто вперёд. Потому что стоять на месте — значит сдаться. В рюкзаке почти ничего не осталось, но рация лежит на груди, ближе к телу, чтобы не замёрзла. Иногда Эбби сама начинает говорить в пустоту — рассказывает про сестру, про то, как они в детстве строили шалаш на заднем дворе, про запах кофе по утрам. Она не знает, слышит ли Джон. Но говорит. Потому что тишина страшнее холода.
Где-то впереди маячит тёмная стена леса. Может, там конец пути. Может, начало другого. Эбби не загадывает. Она просто делает следующий шаг. И ждёт, когда рация снова треснет и знакомый голос скажет:
— Эбби, ты идёшь правильно. Продолжай.
Читать далее...
Всего отзывов
0